У Элен сразу пересохло во рту.

— Да, да, но…

— Так вот, я твой дядя Фрэнклин.

— Я не верю вам. Он…

— Нет, Элен, я не умер. — Голос вновь дрогнул, — Я очень даже жив! Но… я не виню тебя за то, что ты мне не веришь. Ты бы меня узнала при встрече, да?

— Ну, да… Да, конечно!

Теперь человек говорил гораздо увереннее:

— Помнишь ли ты тот случай, когда собака загнала твоего котенка на крышу дома? Ты стала просить меня достать его, я принес лестницу и полез наверх. Припомни новогодний вечер, когда тебе захотелось попробовать пунша, а твоя тетка Матильда не разрешила. И ты тогда стащила немного из буфетной. Вспомни, как потом я отвел тебя в твою комнату и рассказывал тебе разные истории, пока ты не начала хохотать, — и как я никому никогда не рассказал об этом, даже тете Матильде.

У Элен внезапно по спине побежали мурашки.

— Да, помню, — прошептала она. — Теперь ты мне веришь, Элен?

— Дядя Фрэнк…

— Осторожнее! Не называй моего имени. Твоя тетя дома?

— Да.

— Она не должна знать, что я звонил. И никто не должен знать. Ты понимаешь?

— Ну… я… Нет, я не понимаю!

— Существует только один способ все исправить. И ты должна мне помочь.

— Что я могу сделать?

— Ты можешь сделать такое, что не под силу больше никому. Ты когда-нибудь слышала об адвокате по имени Перри Мейсон?

— Слышала.

— Я хочу, чтобы сегодня днем ты с ним повидалась и рассказала ему обо мне. А вечером в девять часов привези его в отель «Касл-Гейт». Ты знаешь, где это?

— Нет.

— Посмотри в справочнике. Это дешевый отель. Не пугайся. Привези туда Мейсона. Спросите Генри Лича. Он отвезет вас ко мне. Никому больше не рассказывай ни о нашем разговоре, ни о том, что случилось. Убедись, что за тобой не следят. Мейсону скажи обо всем, но возьми с него слово, что он ничего не разболтает. Я…

Она слышала, как он судорожно вздохнул и сразу повесил трубку. Она несколько раз подула в трубку: