Поначалу приходилось особенно тяжело. Решив было, что он не станет тратить времени на пустячные дела и займется только интересными случаями, принимая клиентов исключительно по предварительной договоренности, Джеральд скоро очутился в таком положении, что радовался любому делу, где была хоть какая-то надежда получить гонорар.

Крепко прижимая к себе котенка, чувствуя каждый спазм, сотрясающий крохотное тельце, Элен с благодарностью думала, что ее дядя Джеральд — самый милый, самый понимающий человек из всех, кого она знала. Интересно, всегда ли он был таким? Во всяком случае, его собственные трудности и неудачи не сделали его черствым. Наоборот, после банкротства он стал как-то мягче и внимательнее к окружающим. Если тетя Матильда наверняка приказала бы Комо убрать из дома котенка, то дядя Джеральд гнал машину, наплевав на правила уличного движения, так что уже через несколько минут Янтарик оказался в руках опытного ветеринара.

Доктор Блекли, сразу поставив диагноз, потянулся за шприцем.

— Это не бешенство? — робко спросила Элен.

— Скорее всего яд. Подержите-ка ему голову. Держите его крепко за шею и плечи. Не выпускайте, если начнет рваться.

Он ввел шприц под кожу, тщательно отмеряя количество жидкости, потом вытянул иглу и пояснил:

— Временно мы поместим его в клетку. Сейчас у него начнется рвота. Таким образом он избавится от яда, который еще остался в желудке. Скажите, когда вы впервые заметили симптомы отравления?

— Не думаю, что прошло больше пяти — десяти минут, — сказала Элен. — Мы добрались до вас минуты за три… Да, пожалуй, десять минут назад.